Оба проходили срочную службу в воинской части под Владикавказом и, по словам самих военнослужащих и их родственников, столкнулись там с систематическими издевательствами.
После возвращения молодых людей в Ярославль их родители обратились за помощью в Комитет солдатских матерей. Представители организации помогли вынести проблему за пределы части и обратиться в органы военной прокуратуры.
Служба продолжалась всего два месяца
По данным «Комсомольской правды», молодые люди успели прослужить около двух месяцев.
Они рассказывали о побоях, унижениях, тяжелой работе, лишении нормального сна и питания.
Особенно тяжело, по словам Александра Виноградова, было ночью. После ухода офицеров молодых военнослужащих якобы поднимали, заставляли выполнять хозяйственные работы и стирать вещи старослужащих.
Александр утверждал, что за два месяца нормально поспать ему удалось всего несколько раз.
На фоне постоянной усталости у молодого человека ухудшилось здоровье, держалась высокая температура, однако, по его словам, должного внимания этому не уделялось.
Сообщалось и об отбирании денег
В публикации приводился еще один тревожный эпизод.
По словам Александра Виноградова, после получения первого денежного довольствия его вызвал сержант и забрал деньги якобы на приобретение бытовых принадлежностей.
Молодой человек также говорил о физическом воздействии и давлении со стороны старших военнослужащих.
Подобные действия нельзя воспринимать как «армейскую традицию» или допустимый способ воспитания.
Сегодня насилие, издевательства и унижение достоинства между военнослужащими при наличии установленных законом признаков могут образовывать состав преступления, предусмотренного статьей 335 УК РФ. Эта статья прямо предусматривает ответственность за нарушение уставных правил взаимоотношений, связанное с насилием, издевательством или унижением чести и достоинства военнослужащего.
Родители обратились в Комитет солдатских матерей
После того как молодые люди оказались дома, их семьи не стали скрывать произошедшее.
Родители обратились в Ярославское региональное отделение Комитета солдатских матерей России, а затем вместе с правозащитниками — в военную прокуратуру.
Председатель регионального отделения Павел Викторович Колесников сообщал журналистам, что военнослужащие добровольно явились в прокуратуру и подробно изложили обстоятельства, которые, по их словам, вынудили их покинуть часть.
Для Комитета было принципиально важно не оставлять молодых людей в положении, когда они вынуждены выбирать между возвращением в опасную для них обстановку и риском быть обвиненными в нарушении порядка прохождения службы.
Один военнослужащий был признан негодным
История Николая Синтюрина получила медицинское продолжение.
Как сообщала «Комсомольская правда», после обследования медицинская комиссия признала молодого человека негодным к дальнейшему прохождению военной службы в связи с проявившимися серьезными хроническими заболеваниями.
Этот эпизод особенно важен.
Иногда заболевание становится очевидным только после того, как организм оказывается под значительной физической и психологической нагрузкой.
Но если здоровье военнослужащего существенно ухудшается, правильное решение — не заставлять человека «терпеть до конца службы», а организовать полноценное обследование и решить вопрос о категории годности.
Второго военнослужащего перевели
Александр Виноградов продолжил службу, но уже в другой воинской части — в районе Ярославля.
По его словам, условия там принципиально отличались от того, что он пережил ранее.
Молодой человек не отрицал, что армейская служба сама по себе остается сложной. Но после перевода, как он говорил журналистам, ситуация была несопоставимо спокойнее.
Это важный пример того, что защита прав военнослужащего далеко не всегда означает обязательное увольнение из армии.
Иногда необходимо добиться прекращения насилия, перевода, лечения или вмешательства правоохранительных органов, после чего человек может продолжить службу в нормальных условиях.
Командование отрицало обвинения
Важно отметить и другую сторону истории.
Представитель части в разговоре с журналистами отрицал сообщения об издевательствах и утверждал, что молодые люди просто не выдержали трудностей службы.
На момент публикации расследование еще продолжалось.
Именно поэтому подобные ситуации необходимо подтверждать доказательствами.
Чем подробнее зафиксированы обстоятельства, тем меньше спор сводится к двум противоположным утверждениям: «меня избивали» — «ничего подобного не было».
Что необходимо фиксировать военнослужащему
Если военнослужащий столкнулся с насилием или вымогательством, Комитет рекомендует по возможности сохранять доказательства.
Значение могут иметь:
медицинские документы о травмах;
фотографии повреждений;
обращения в медицинский пункт;
переписка с родственниками;
сведения о свидетелях;
даты и обстоятельства конкретных эпизодов;
фамилии участников;
банковские сведения о переводах или снятии денег;
сообщения и аудиозаписи, полученные законным способом;
ранее поданные рапорты и заявления.
После побоев желательно как можно быстрее добиться медицинской фиксации травм.
Через несколько недель доказать происхождение синяков, ушибов или других повреждений будет значительно сложнее.
Родителям нельзя просто говорить: «Потерпи»
Военнослужащие нередко долго не рассказывают семье о происходящем.
Кто-то боится мести. Кто-то считает жалобу проявлением слабости. Кто-то надеется, что ситуация изменится сама.
Поэтому резкое изменение поведения сына стоит воспринимать внимательно.
Особенно тревожными сигналами могут быть сообщения о побоях, отбирании денег, постоянном недосыпе, угрозах, страхе возвращаться в подразделение, высокой температуре, травмах или невозможности попасть к врачу.
В такой ситуации фраза «потерпи, осталось немного» может быть очень плохим советом.
Нужно разбираться, что именно происходит.
Куда обращаться при насилии
Если имеются сведения о противоправных действиях, военнослужащий или его родственники могут обращаться не только внутри самой части.
В зависимости от ситуации используются обращения:
к вышестоящему командованию;
в военную прокуратуру;
в военные следственные органы Следственного комитета;
за медицинской помощью;
в иные компетентные государственные органы.
Органы военной прокуратуры рассматривают обращения военнослужащих и граждан, а военные следственные управления СК публикуют контакты и возможности направления интернет-обращений.
Если речь идет о побоях, вымогательстве, угрозе жизни либо иных возможных преступлениях, недостаточно только попросить командира «провести беседу».
Необходимо оценивать вопрос о официальной регистрации сообщения о преступлении.
Самовольно покидать часть сегодня особенно рискованно
Историю 2009 года нельзя механически превращать в инструкцию для военнослужащих сегодня.
В публикации того времени Павел Колесников сообщал, что в отношении двух срочников уголовного дела за самовольное оставление части не будет, поскольку они добровольно явились в прокуратуру и объяснили причины своих действий.
Но законодательство с тех пор существенно изменилось.
Сегодня статья 337 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за самовольное оставление части или места службы, причем квалификация зависит от продолжительности отсутствия, статуса военнослужащего и обстоятельств совершения деяния.
В период мобилизации, военного положения, военного времени, вооруженного конфликта или ведения боевых действий ответственность значительно строже.
Поэтому рекомендация «просто уехать из части» может создать военнослужащему новую серьезную проблему.
Если существует реальная угроза жизни или здоровью
При непосредственной угрозе главное — вывести ситуацию в правовое поле как можно быстрее.
Необходимо стремиться не к тому, чтобы человек просто исчез из части, а к тому, чтобы он оказался:
у врача, в военной прокуратуре, в военном следственном органе либо у другого должностного лица, способного официально зафиксировать происходящее.
Если военнослужащий уже покинул часть из-за насилия или чрезвычайных обстоятельств, важно не скрываться.
Следует как можно быстрее получить помощь военного адвоката, зафиксировать причины ухода и определить безопасный порядок дальнейших действий.
Закон допускает учет тяжелых обстоятельств при оценке отдельных случаев самовольного оставления части, но возможность и последствия такого применения зависят от конкретной правовой ситуации.
Дедовщина — не «неизбежная часть армии»
В 2009 году еще нередко звучала позиция, согласно которой молодой солдат обязан просто привыкнуть к жесткости армейского коллектива.
Но между требовательной военной дисциплиной и насилием существует четкая граница.
Командир вправе требовать выполнения обязанностей службы.
Сослуживец не вправе:
бить, отбирать деньги, лишать другого военнослужащего сна ради издевательства, заставлять выполнять личные поручения под угрозой насилия или унижать его достоинство.
Если подобное происходит, это не воспитание и не «армейская школа жизни».
Это повод для правовой оценки.
Главное — не оставлять военнослужащего один на один с проблемой
История Николая Синтюрина и Александра Виноградова показывает, зачем военнослужащему и его семье нужна независимая помощь.
Когда молодой человек находится внутри закрытого воинского коллектива, ему бывает трудно самостоятельно добиться расследования.
Родители видят только часть происходящего.
А письменное заявление, медицинское обследование, обращение в прокуратуру и участие правозащитной организации переводят ситуацию из области слухов и страха в область документов и закона.
Именно это много лет является одной из основных задач Комитета солдатских матерей России.
Что рекомендует Комитет солдатских матерей
Если военнослужащий сообщает о побоях, угрозах, вымогательстве или серьезном ухудшении здоровья, не ждите следующего звонка в надежде, что все разрешится само.
Уточните обстоятельства.
Зафиксируйте даты и фамилии.
Добивайтесь медицинского осмотра.
Подготовьте письменные обращения.
При признаках преступления ставьте вопрос перед военной прокуратурой и военными следственными органами.
А если ситуация связана с возможным самовольным оставлением части, необходимо максимально быстро подключить военного адвоката.
Защита военнослужащего заключается не в том, чтобы научить его терпеть насилие. Задача — прекратить нарушение, сохранить здоровье человека и добиться законного решения проблемы.
Именно такой подход позволяет защищать одновременно и права военнослужащего, и установленный законом порядок прохождения военной службы.
